В другое время, однако, в зависимости от своего переменчивого настроения, маг мог повести себя совершенно иначе.

Передо мною сидели крепкие старики, те, кому, казалось бы, повезло, те, кто прожил после жуковских фокусов еще почти полвека. В теплом свете многочисленных ламп выражение его лица казалось почти добрым, но темные глаза были похожи на глаза бога, глядя вперед холодно и с вызовом. Фотографическое мгновение я пребывал в шоке, потом дернулся и отпрыгнул. Время от времени изпод песка появлялись вершины крупных обломков слоистого камня. Мне шел двадцать второй год. На стакане отпечатки пальцев двух людей. У дверей комнаты она задержалась.

Не говорите ни слова, пока окончательно не придете в себя. Осколок мужской запонки, не так ли? Труп уже сфотографировали и увезли, дактилоскопист обработал комнату и уехал. Люди жуковского выбора были самостоятельны, рассудительны, решительны и тверды. Скорей всего пытался узнать, как перенес новичок последнюю неделю, о чем думал и что решил? По ученически сложил на коленях руки. Но меня ждало еще одно потрясение. На допросе держался учтиво, никаких признаков волнения или беспокойства не проявлял.

Однако это не мешало ему при каждом очередном падении заново хватать пластмассовую лопатку и в перерывах между сложнейшей археологической работой пытаться засунуть ее на всякий случай в слюнявый ротик. Алана считала это добрым знаком, должно быть, сестре удалось остаться в живых после побоища. Время август 1918 года. Вам знаком этот предмет? Он механически поднимался по утрам после беспокойных и почти бессонных ночей, по инерции занимался привычными делами, мысленно постоянно возвращаясь к событиям той злосчастной ночи. На письме нет обратного адреса. Пусть не пускает любопытных. Слуги слишком быстро покинули ее.